Евгений Константинович Зведре, ст. науч. сотр. Центра евроатлантической безопасности
Evgeny K. Zvedre, Senior Researcher, Center for Euro-Atlantic Security
В начале 2000-х гг. США, выйдя из советско-американского Договора об ограничении систем противоракетной обороны, приступили к развертыванию глобальной ПРО, потенциально угрожая эффективности российских стратегических ядерных сил и подрывая стратегическую стабильность. США считают основными источниками угроз ракетно-ядерный потенциалы России, Китая, Ирана и Северной Кореи. Набор базовых элементов многоуровневой системы противоракетной обороны в целом однороден, ее архитектура адаптируется к локальным условиям регионов и конкретным задачам, но их общая черта – способность работать как подсистемы в рамках единой, глобальной по охвату, системы ПРО под контролем США. В Азиатско-Тихоокеанском регионе в создание региональной системы ПРО США активно вовлекают своих союзников по региону – Австралию, Южную Корею и Японию, параллельно наращивая свою военно-стратегическую экспансию в регионе в противовес растущему военному и экономическому присутствию КНР. Москва указывает на дестабилизирующий характер программы, рассматривает появление Европе и в АТР объектов американской ПРО как непосредственную угрозу своей безопасности. Политика США провоцирует форсированное развитие Китаем и КНДР ракетных средств доставки ядерного оружия, стимулирует Россию на создание новых систем оружия, гарантированно способных преодолевать любые существующие и перспективные системы противоракетной обороны.
The USA considers missile potentials of Russia, China, Iran and North Korea as the main sources of threats to their national security. In the early 2000s following the withdrawal from the Soviet-American ABM Treaty the US began to deploy a global ballistic missile defense system to protect their “homeland, US forces abroad and its allies” from potential and real threats. The set of basic elements of a multi-layer ballistic missile defense is generally the same, its architecture is always adapted to the local conditions of the regions of deployment and specific tasks. Their common designation is the ability to work as subsystems within an integrated, global in scope antiballistic missile defense system controlled by the United States. In the Asia-Pacific region, the United States is actively engaging its regional allies Australia, South Korea and Japan in a joint effort to build-up ABM capabilities while simultaneously increasing its military-strategic presence in the region. Moscow strongly opposes the program considering it as potential threat to the effectiveness of the Russian strategic nuclear forces and undermining strategic stability and considers emergence the ballistic missile subsystems in Europe and the Asian-Pacific Region as a direct threat to its security. US ABM policy provokes the accelerated development by China and the DPRK of ballistic missile delivery systems, encourages Russia to create new weapon systems that are guaranteed to be able to overcome any existing and future missile defense.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.