Домитилла Саграмозо, доктор философии, старший преподаватель по безопасности и развитию
Кампус Стрэнд, Стрэнд, Лондон, WC2R 2LS
Domitilla Sagramozo, PhD, Senior Lecturer in Security and Development
Strand Campus, Strand, London, WC2R 2LS
Ахмет Ярлыкапов, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник, Институт международных исследований
Проспект Вернадского 76, Москва, 119454
Akhmet Yarlykapov, PhD, Senior Research Fellow, Institute for International Studies
Vernadsky Ave. 76, Moscow, 119454
Авторы статьи пересматривают роль иностранных боевиков в чеченских войнах и в развитии ислама в Чечне и Дагестане в 1990–2010-х гг. В статье оспаривается преобладающая в литературе точка зрения о том, что иностранные джихадисты несли главную ответственность за политическую исламизацию. Напротив, в статье утверждается, что исламистские тенденции и салафитские круги существовали на Северном Кавказе еще до начала Первой чеченской войны. В статье также утверждается, что местные салафитские джамааты в сочетании с иностранными боевиками джихадистами обеспечили мобилизационные структуры и идеологическое обрамление для радикализации северокавказского подполья. Исследуя салафитско-джихадистский дискурс как иностранных, так и местных салафитов, действовавших в Чечне и Дагестане в 1990-х и 2000-х гг., авторы статьи показали, как иностранные салафиты влияли и помогали формировать идеологические рамки местных салафитских политиков и джихадистских групп. В заключительном разделе статьи рассматриваются события последнего десятилетия, в частности, развитие событий после появления ИГИЛ в Сирии и Ираке. В этом контексте авторы статьи делают попытку объяснить, почему многие молодые мусульмане в Дагестане стали иностранными боевиками и отправились в Сирию и Ирак, чтобы сражаться за Исламское государство. В статье делается вывод, что салафитские проекты, хотя и не были коренными в регионе, процветали в результате взаимодействия между местными салафитами и иностранными джихадистскими бойцами и вербовщиками.
This article intends to revisit the role of foreign fi ghters in the Chechen war and its aftermath, looking particularly at their impact on Islamic developments in Chechnya and Dagestan during the 1990s–2010s. The article challenges the argument, which is predominant in the literature, that foreign jihadists were primarily responsible for transforming the Chechen insurgency from a secular movement into a religious one. Instead, it argues that Islamist tendencies and Salafi circles were present in the North Caucasus before the outbreak of the First Chechen war. Secondly, this article contends that local Salafi jamaats, in conjunction with foreign jihadist fi ghters, provided the mobilization structures and the ideological framing for the radicalization of the Chechen/ North Caucasus rebel movement. By examining the Salafi -jihadist discourse of both foreign and local Salafi s operating in Chechnya and Dagestan in the 1990s and 2000s, the article shows how foreign Salafi s infl uenced and helped shape the ideological framing of local Salafi politicians and rebel jihadist groups. Yet, this article also shows that many of these Salafi -jihadist projects failed to gain broader societal support. They did not resonate with the local populations in Chechnya and Dagestan in the 1990s–2000s. A fi nal section of this article looks at events in the past decade, particularly at developments since the emergence of ISIS in Syria and Iraq. In this context, the article explains why many young Muslims in Dagestan became themselves foreign fi ghters and travelled to Syria/Iraq to fi ght for and live in the Islamic State. It concludes that Salafi projects, although not indigenous to the region, prospered as a result of the interaction between local Salafi s and foreign jihadist fi ghters and recruiters.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.