Кимитака Мацузато, PhD, почетный профессор факультета политологии Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова и Шанхайского университета международных исследований, профессор юридического факультета
7-3-1, Хонго, Бунке, Токио, 113-0033
Kimitaka Matsuzato, PhD. Honorary professor of the Political Science Faculty of Lomonosov Moscow State University and Shanghai International Studies University. Professor at the Graduate School for Law and Politics
7-3-1, Hongo, Bunkyo-ku , Tokyo, 113-0033
В данном эссе рассматриваются пять причин военного участия России в сирийском конфликте, которые полагаются в исследовательской и экспертной литературе как первопричины российской военной операции: борьба с терроризмом, сопротивление однополярности, внутренний популизм, преодоление изоляции России после начала Украинского кризиса и защита правительства Асада. Делается вывод, что борьба с терроризмом и защита многополярности стали релевантными причинами, способствующими началу сирийской военной операции. Сформированный в российском истеблишменте образ многополярности, возникающей ввиду упадка США, также подтверждает, что российская операция в Сирии психологически подготовила Россию к специальной военной операции на Украине. В случае с Сирией (2015) упадок США был воспринят как закономерное следствие плачевных результатов военных операций под руководством США в регионе, которые лишь подстегнули исламский радикализм, создав экзистенциальную угрозу для России. В случае Украины (2022) США также считались державой, находящейся в упадке и попытавшейся использовать Украину в качестве плацдарма для военной агрессии против России. Данное исследование является результатом экспертных интервью, проведенных в Москве в марте 2020 года.
This essay examines five possible reasons for Russia’s military involvement in the Syrian War. These reasons under consideration are an anti-terror policy, resistance to the unipolarity, domestic populism, overcoming Russia’s isolation after Crimea crisis, and defence of the B. Assad government. I conclude that only the anti-terror and anti-unipolar world motivations were relevant and merged into a single cognitive framework that is prone to launching Syrian military operation.
Other factors, such as a paradigmatic shift of the image of the post-unipolar world, as well as overconfidence in air force and artillery, also confirm that the Syrian War cognitively prepared Russia for its future military operation in Ukraine. Russian policymakers became convinced that the unipolar world was coming to an end. In the case of Syria (2015), the ill-fated US-led anti-terror operations intensified Islamic terrorism, which created an existential threat for Russia. In the case of Ukraine (2022), the United States, whose grip on world hegemony they believed was on the decline, was trying to use Ukraine as a bridgehead for military aggression against Russia. This study is a result of an extensive survey of the relevant literature and my own expert interviews conducted in Moscow in March 2020.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.